Всё началось в обычное пятничное утро 1 сентября 2024 года. Мамочки с детьми гуляли во дворе и случайно обнаружили кошку, которая, судя по всему, выпала из окна многоэтажки. По счастливой для несчастной кисуни случайности, одна из мамочек оказалась бывшей коллегой и соседкой Императрицы Планеты. Кошку срочно отвезли в клинику.
Выглядело всё крайне плохо, но решено было оставить её на стационаре, провести полную диагностику и понять, каковы травмы и как дальше с ними жить (и жить ли вообще).
К моменту, когда врачи обследовали кошку и определили её шансы не отъехать на радугу как 50/50, на связь вышла и хозяйка летуньи. Киса изо всех своих маленьких сил старалась выжить, а у юной хозяйки не было возможностей лечить животное. Поэтому котю переписали на Планету, дали ей новое имя — Синнабон, и взялись за её спасение.
Выглядело всё крайне плохо, но решено было оставить её на стационаре, провести полную диагностику и понять, каковы травмы и как дальше с ними жить (и жить ли вообще).
К моменту, когда врачи обследовали кошку и определили её шансы не отъехать на радугу как 50/50, на связь вышла и хозяйка летуньи. Киса изо всех своих маленьких сил старалась выжить, а у юной хозяйки не было возможностей лечить животное. Поэтому котю переписали на Планету, дали ей новое имя — Синнабон, и взялись за её спасение.
Диагноз был жёсткий: ЧМТ, отрыв передней конечности (под ампутацию, уже не собрать), ушиб селезёнки. Надежды были на силы молодого организма (кошке было около шести месяцев) и профессионализм наших врачей. Впереди маячили примерно 150 тысяч рублей расходов — две недели стабилизации состояния на стационаре и операция — и 50% вероятности, что кошка всего этого не переживёт. Но мы были обязаны попытаться.
К счастью, Синнабончик пережила первые три дня, самых критических после таких падений, с положительной динамикой — начала кушать сама. На девятое сентября назначили операцию по ампутации разбитой лапы. И малышка справилась! Операция прошла успешно.
Дальше начались трёхлапые тренировки. Орлёнок учился летать! Точнее, летать она уже попробовала, спасибо, достаточно, теперь вот училась ходить. И получалось отлично — кошки в этом плане адаптивные: они ловко бегают на трёх, а иногда и на двух лапах, и могут вообще не страдать по этому поводу.
К счастью, Синнабончик пережила первые три дня, самых критических после таких падений, с положительной динамикой — начала кушать сама. На девятое сентября назначили операцию по ампутации разбитой лапы. И малышка справилась! Операция прошла успешно.
Дальше начались трёхлапые тренировки. Орлёнок учился летать! Точнее, летать она уже попробовала, спасибо, достаточно, теперь вот училась ходить. И получалось отлично — кошки в этом плане адаптивные: они ловко бегают на трёх, а иногда и на двух лапах, и могут вообще не страдать по этому поводу.
Правда, не обошлось без приключений. Нашу клинику затопило (прорвало трубу), пришлось забрать Синнабон домой на пару дней. А дома кошь наотрез отказалась есть! Пять видов влажного корма — ни в какую. Мы думали, что без капельниц с обезболивающим ей настолько тяжело переносить заживление культи, что кусок не лезет в горло. Однако по возвращении в стационар эта негодяйка первым делом сделала что? Правильно — пошла обедать! Умяла два пауча и «сушкой» закусила, не вспоминая ни про какие обезболивающие.
Но всё это были уже мелочи на фоне главного: цветочку нашему сняли швы, проверили на все спидораки (все отрицательно!), и мы начали искать дом. Я была уверена, что кто-то сидит влюблённый в неё и молчит. И не ошиблась!
Но всё это были уже мелочи на фоне главного: цветочку нашему сняли швы, проверили на все спидораки (все отрицательно!), и мы начали искать дом. Я была уверена, что кто-то сидит влюблённый в неё и молчит. И не ошиблась!
Мораль этой истории: друзья, не бойтесь брать из приюта котиков с неполным комплектом конечностей — качество их жизни и количество любви, которую они вам подарят, не понизится от отсутствия одной из лап. А ещё — не открывайте окна при котах и ставьте сетки-антикошки!
